Знай свое место!

Привет, друзья! Давненько мы с вами не беседовали здесь по душам. Я предавалась эпистолярному творчеству в моем же проекте Laboratorio Si/В поисках другой Италии. Это было сродни сеансу одновременной игры в шахматы с тем лишь отличием, что моя «игра» лингвистическо-креативная заключалась в моментальных переключениях между полудюжиной пылких итальянцев, в реальности, голове и на экране компьютера от «Come stai?», «Amore mio» и «Potrebbe raccontarmi…» на витиеватые фразы-куделя на кириллице. Приглашаю вас заглянуть на сайт Лабораторио Си и полюбопытствовать, что же из этого вышло.

А тем временем пришла весна, которая обостряет все: шаткость душевного равновесия и физического самочувствия, любовное томление, важные вопросы, требующие ответов. Ниже я поразмышляла об одном из таких вопросов. Приглашаю вас присоединиться 🙂

Удивительную штуку я обнаружила в себе: оторванность от места, где я нахожусь. Нет, я не обвожу полубезумным взором окрестности «Лю-ю-юди, кто я? Где я?» и достаточно комфортно ощущаю себя в «здесь и сейчас». Но родной город Челябинск воспринимаю, как декорации из другого спектакля. Хотя на самом деле «Че» – не родная мать-земля мне, скорее старательная нянька. Мою кровную «матушку», что выпестовала меня на своих шпанистых-афонских задворках, «мать», которую я исходила вдоль и поперек, познала при её молчаливом присмотре основные радости и горести жизни зовут Копейск. До сих пор ёкаю сердцем при виде встрепанного парка на въезде, льну темными вечерами к «материнскому вымени»-центральной площади и окунаюсь  в желтое марево фонарей. Но моя неугомонная  душа ищет своё «гнездо». Читать далее Знай свое место!

Carnevale, или «Прощай мясо!»

     Для тех, в чьем представлении карнавал – это бразильские округлости, аппетитно торчащие из вороха разноцветных перьев, поясню, что карнавал – шумный праздник всего католического мира накануне Великого поста. И несмотря на южно-американский окрас цвета бронзового загара, карнавал появился в Италии в IX—X в. Имя карнавалу-«carnevale» дали пара итальянских слов: саrnе «мясо» и vale «прощай». А перед тем, как простится с мясом на 40 дней, все католики и им сочувствующие ухают с головой в красочной буйство и безудержное веселье. Карнавал в сугробах конфетти и волочащихся разноцветных колтунах серпантина всасывает в себя как торнадо всех без исключения: и причастных, и сторонних наблюдателей, и случайных свидетелей.

     Я – из причастных. В этом году я во второй раз осознанно занырнула в водоворот карнавала в Риме. «Почему ты любишь Рим? Почему ты любишь карнавал?». У нас схожий Дух – вавилонской лояльности и искреннего интереса ко всем и вся. Мы звучим на одной октаве эмоций от  «до» до «до». Мы улыбаемся «петрушечной» доверительной улыбкой от уха до уха. Мы открыты всему, что приходит и уходит.

     Римский карнавал. Сдирает шелуху условностей. Бесцеремонно встряхивает, взяв за плечи: «Эй, друг, опомнись! Тебе только кажется, что ты — взрослый, на самом деле ты — ребёнок. Не поджимай губы, пряча улыбку. Не переминайся с ноги на ногу, когда хочешь танцевать. Танцуй! Радуйся! Веселись! Будь счастлив! Un grosso bacio, tesoro! Vai! (Целую крепко, сокровище! Вперёд!)».

     Чуть заслышав первую россыпь барабанной дроби, я кубарем скатилась со строгого Капитолия под охраной Кастора и Поллукса. Два часа танцевала на «подмостках» Рима, где в одной кулисе Римские Форумы, в другой – Императорские Форумы, а задником – сам великолепный Колизей.  Танцевала «come matta», т.е. наплевав на все условности. Завела знакомство с Человеком-Пауком, замечу, отчаянным вездесущим хулиганом. Строила глазки упитанному Супермену в красных труселях, нет, не шароварно-продуваемого фасона, а в модный облигон. Римские супермены смелы с уклоном в нахальство и открыты для модных экспериментов. Составила трио с двумя супер-доннами, потряхивающими «гузками» в красных трико под ритмичное «ум-ца-ца». Наобнималась с Котом Базилио в плюшевой ушанке. В ответ на его комплименты хохотала ему в усищи «Какое небо голубое!».

     Карнавал, собачьим «бр-р-р» от носа до хвоста, стряхнул с меня пару десятков лет, и я обнаружила себя девчонкой, скачущей то на одной ноге, то вприпрыжку. Я смеялась так, что щеки-яблочки, распираемые улыбкой,  льнули к ушам. Я водила хороводы, приобнятая с одной стороны Лесной Феей, с другой стороны – двухцветным Вурдалаком-Пьеро.  Я вытряхнула горсть конфетти даже из трусиков, и ещё долго оставляла за собой цветные следы-пятачки, карнавальные родинки на сером асфальте.

     Я испытала невероятное  Аб-со-лют-но-е Счастье! И поняла, что люблю, ныне и присно и во веки веков. Рим, я люблю тебя! Люблю за твою открытость. За людское «кровосмешение» в венах и артериях городских улиц. За смелость сочетать каменные вертикали церквей с откровенностью обнаженных скульптур и пестротой толпы. За твою свободу позволять себе многое. За розово-пудровые закаты в офорте темной зелени пиний. За друзей, «нечаянно» найденных в сумраке мощеного vicolo. За возможность побыть со всеми и, прежде всего, одной. За чувства, комком в горле. За радость. За любовь.

Roma, ti amo!
Roma, ti amo!

Roma, ti amo!