С ДНЕМ ВЕЛИКОЙ ПОБЕДЫ!

День Победы. Это день, когда вспоминаешь самого себя до самой глубины души, до самых струнных переборов густо намешанных генов.

День Победы — день, когда в зареберье вдруг возникают «фантомные боли» и, сгллатывая слезы, я чувствую, что будто бы была там на передовых, под бомбежками, в оккупации рядом с моими бабушками и дедушками. И у меня зимой даже когда тепло мерзнут ноги, наверное, это от деда, обморозившего ступни под Сталинградом. И я терпеть не могу кукурузную кашу. А это от бабушки, которая выжила на клеклой мамалыге.

День Победы — день, когда с гулкими ударами сердца в тишине под неумолимый отсчет метронома я понимаю, что во мне, в нас течет кровь тех, что выжили. Тех, что справились. Тех, что смогли. Тех, что победили во имя и вопреки. В нас течет кровь победителей. Читать далее С ДНЕМ ВЕЛИКОЙ ПОБЕДЫ!

Кровь во мне буйная, кровь во мне сильная…

Кровь во мне буйная, кровь во мне сильная,

Нету мне устали, нету мне спасения…

— Он был красавцем с чубом. Чуб, такой, завитком смоляным. Он его послюнит, на палец накрутит, и взглядом из-под него прижигает, — рассказывала моя бабуля, выпуская из-под острого ножа завитки картофельной кожуры.

— Он на коня ка-а-ак вскочет, шашку как достанет! Жигнет ей в воздухе, и девицы все млеют, заглядываются на него, — продолжала бабуля, лукаво сверкая из-под черных дуг бровей. Он – это мой пра-пра-пра-, Бог весть, какой прадед, донской казак. Читать далее Кровь во мне буйная, кровь во мне сильная…

Знай свое место!

Привет, друзья! Давненько мы с вами не беседовали здесь по душам. Я предавалась эпистолярному творчеству в моем же проекте Laboratorio Si/В поисках другой Италии. Это было сродни сеансу одновременной игры в шахматы с тем лишь отличием, что моя «игра» лингвистическо-креативная заключалась в моментальных переключениях между полудюжиной пылких итальянцев, в реальности, голове и на экране компьютера от «Come stai?», «Amore mio» и «Potrebbe raccontarmi…» на витиеватые фразы-куделя на кириллице. Приглашаю вас заглянуть на сайт Лабораторио Си и полюбопытствовать, что же из этого вышло.

А тем временем пришла весна, которая обостряет все: шаткость душевного равновесия и физического самочувствия, любовное томление, важные вопросы, требующие ответов. Ниже я поразмышляла об одном из таких вопросов. Приглашаю вас присоединиться 🙂

Удивительную штуку я обнаружила в себе: оторванность от места, где я нахожусь. Нет, я не обвожу полубезумным взором окрестности «Лю-ю-юди, кто я? Где я?» и достаточно комфортно ощущаю себя в «здесь и сейчас». Но родной город Челябинск воспринимаю, как декорации из другого спектакля. Хотя на самом деле «Че» – не родная мать-земля мне, скорее старательная нянька. Мою кровную «матушку», что выпестовала меня на своих шпанистых-афонских задворках, «мать», которую я исходила вдоль и поперек, познала при её молчаливом присмотре основные радости и горести жизни зовут Копейск. До сих пор ёкаю сердцем при виде встрепанного парка на въезде, льну темными вечерами к «материнскому вымени»-центральной площади и окунаюсь  в желтое марево фонарей. Но моя неугомонная  душа ищет своё «гнездо». Читать далее Знай свое место!

С Новым Годом, или Делайте себе хорошо!

     Позавчера впервые за две недели вернулась домой не под мерцающими фонарями или звездами за пять минут до полуночи, а в новорожденных сумерках лишь только день перекинулся на вечер.  Две предыдущие недели я «спасала мир», а, значит, работала умную и важную работу, связанную организацией процессов и ивентов, немного цифирями и много людьми. Моталась из конца одного города в конец другого – ставила жирные точки или многоточия (до следующего года) в некоторых вопросах и отношениях.  Вновь примерила на себя почетное «И.О. Деда Мороза», а уж амплуа Снегурочки сидит на мне как влитое. Стояла в пробках. Жевала сухие бизнес-ланчи вперемежку с дареными конфетами. Бодрилась и хорохорилась. Мало спала. Много говорила. К 31 декабря мир был спасен окончательно и бесповоротно, а у меня появилось огромное количество времени (целых 6 часов!), чтобы побыть один на один с приятной мне знакомой незнакомкой – собой — и близкими.

Как же здОрово полежать под ёлкой!
Как же здОрово полежать под ёлкой!

     На пороге Нового Года хочется тряхнуть ножкой и освободиться от колючей колготины «надо» (уборки, крошить салаты, вымыть наследный сервиз, сдать книги в библиотеку и прочее). Но ещё больше хочется пойти на поводу у своих позабытых захиревших «хочу». Что я и сделала!

Наша красавица с чемоданом игрушек на хрупких плечах
Наша красавица с чемоданом игрушек на хрупких плечах

     Для начала я полежала под ёлкой. Други, не смейтесь, а берите на вооружение отличное средство взбодрить дух. Ёлка – не ёлка, а сосна стоит в углу гостиной. На ёлке – чемодан игрушек, включая трех разной степени потрепанности лисиц с ухмылкой на физиономиях и рыбой (экспроприированной без сомнения у простофили волка) в лапах, дюжину разнокалиберных и разноцветных огурцов не первой свежести, 4 красных шапочки ликами Сонька-Золотая Ручка и возрастом товарища Ленина, доктора Айболита с пятачком вместо носа, ровесника Красных Шапочек. Чемодан с новогодними игрушками кочует с моей семье из эпохи в эпоху, из поколения в поколение уже лет 60. Ёлка в мишурном сарафане стоит, благоухает от счастья и сияет гирляндами, припаянными моим 9-летним сыном (моя школа!). А к ёлке «под бочок» притулился любимый нами всеми пенсионер-диван. Вот он и принял меня в свои покряхтывающие объятия. Я лежала на диване, вдыхала фитонциды, перемигивалась с ёлкой и было мне хорошо!

     Затем я вспоминала уходящий год, просматривая пухлый (или правильнее сказать супер-гигабайтный) фотоархив-2016. Если вдруг вам показалось, что жизнь обделила вас приятностями, событиями, приключениями, встречами, «загляните в семейный альбом». Уверена, там вы обнаружите множество «вещдоков» щедрости жизни по отношению к вам.

     В хронологическом порядке. В прошлом феврале я «застукала» себя в Риме в обнимку с Человеком Пауком.

Мой красно-синий amico
Мой красно-синий amico

     А вы думали по улицам Рима ходят одни гладиаторы? Э-э-э, нет! Мне на радость, встречаются те, кого совсем-никогда-ни в самых буйных фантазиях не ожидала встретить. Например, две очаровательные москвички, ныне мои подруги, Татьяна и Ирина или, Кот Базилио в красно-синих рейтузах в облигон. Все встречи – радость и вдохновение жить.

В обнимку с Котом Базилио
В обнимку с Котом Базилио

     В июне я познакомилась с Сивкой-Буркой. Сивка-Бурка стоял на воротах футбольного поля и чего-то ждал. Очевидно, пенальти или мастерского паса, на худой конец. Но потенциальные футболисты в шароварах и косоворотках взявшись за плечи и шарахаясь из стороны в сторону, тянули тоскливую басовитую песню про него — Сивку Бурку — коня, который где-то сгинул на чужбине вместе с наездником.

     От песни хотелось сесть под кустик и плакать. Но под кустиками сидели босые в сарафанах барышни – был День Ивана Купалы, а по совместительству всероссийский «Слет трезвенников» на озере Тургояк. Трезвенники как один смотрели тревожными глазами друг на друга и на пунцовый закат.

     Оно и понятно – близилось время сообразить на троих, но вместо этого по громкоговорителю приглашали на обветшавшую танцплощадку – танцевать лавату и заниматься неведомой смирнойогой, йогой авторства неведомого Смирнова. Додумать про асаны смирнойоги не представлялось возможным, фантазия буксовала на первой же, захлебываясь в беззвучном смехе. Кустищи и кустики вдоль берега Тургояка все «благоухали» как косоватый деревянный «Мэ и Жо» на пригорке. Закат багровел стыдливым румянцем. Эх, хорошо!

     А в июле Ярослав и я, потные и счастливые, красовались на макушке покоренной нами Двуглавой Сопки Таганайского национального парка. Доползти по 30-градусной жаре с коленками, застревающими в модных прорехах, нащупать собственную силу духа, подружиться с ней, подняться не только на 1041 метр над уровнем моря , но и над самим собой – это под силу только царям горы. Мы с Яриком перемигиваемся и подбадриваем друг друга в сложных моментах: «Мы же с тобой цари горы! Справимся и с этим!».

     Сентябрь ознаменовался свадьбой моего любимого двоюродного брата. Впервые в жизни я, кузина любимого двоюродного брата, поймала букет невесты. У жеманных соперниц, лопочущих в микрофон «Ой, ну я не умру без этого букета. Ловить, конечно, буду, но если не поймаю, я переживу», так вот у них шансов не было. Потому что бывалая и видавшая кузина — я — осознанно и уверенно заявила во всеуслышание: «А я его поймаю!». И, прыгнув как Майкл Джордан, пойма-а-ала. Хотите знать, какие лица у чемпионов через секунду после победы? Вот оно документальное свидетельство:

Вот так выглядят чемпионы через секунду после победы :)

Супер-чемпионка Светлана
Вот так выглядят чемпионы через секунду после победы 🙂

     А декабрь вновь – «Буон джорно Италия кон льи спагетти ай денти» — Милан, Парма и моя любимая Мамма Рома. В  Милане – мириады рождественских огней и ёлки с именами Сваровски и Пандора. В Парме – замечательные друзья и туманы. А в Риме мне всегда и везде хорошо.

Рождественский Милан
Рождественский Милан
В Парме - друзья и туманы
В Парме — друзья и туманы
А в Риме мне всегда и везде хорошо
А в Риме мне всегда и везде хорошо

     Что-то я увлеклась просмотром фотографий. А потому что мне при этом было очень хорошо и временами очень смешно!

     А потом мы обсудили с сыном, какой из персонажей фильма «Звездные войны» особо импонирует каждому из нас. Канун нового года, праздничный вихрь на улицах, в телевизоре и голове, а я такое заковыристое слово – «импонирует» — вспомнила! Умище – вещь фундаментальная, оливье не заедается, конфетти не затряхивается, а так и норовит выпятится наружу. Позволила ему, уму, посолировать, заявила Ярославу, что мой кумир с волосатыми ушами, маленький зеленый Мастер Йода. Ярослав внимательно поразглядывал меня и серьезно так сообщил: «Ты когда меня ругаешь, глаза выпучиваешь – точь-в-точь Мастер Йода делаешься. Мудрая такая». Ни с чем несравнимое удовольствие общаться с собственным сыном, умным, к слову! В такие моменты мне бывает очень хорошо!

Мой кумир с такими же мудрыми как у меня глазами :)
Мой кумир с такими же мудрыми как мои глазами 🙂

     К ночи Ярослав пригласил меня посмотреть фильм «Пережить Рождество». Выглядело это торжественно и гордо: «Мамуля, приглашаю тебя посмотреть рождественский фильм на моем новом ноутбуке с пятиядерным процессором, который мне подарил дед Мороз. Дед Мороз клевый чувак!». Чадо, конечно, пока не в курсе, что подарок покупал «И.О. Деда Мороза» с блондинистой макушкой и совсем без бороды, задолбав при этом всех продавцов-консультантов в ближайших магазинах электроники. И ядра в нем не пересчитывал, как-то в голову не пришло. Но, это тс-с-с!, секрет! Во время просмотра фильма джентльмен 9 лет то укутывал меня своим любимым одеялом, то запихивал в мой рот конфету, то одевал мне теплые носочки, то норовил подпихнуть подушечку под мои мягкие места («Лось, а тебе рога не мешают?»). Но было мне при этом фантастически хорошо!

     А вчера 31 декабря мне весь день было хорошо: и с пылесосом наперевес, и с половой тряпкой кверхупопом, и в обнимку с ножом и салатными яйцами-кукурузами в компании, и с бокалом в руках под бой курантов, и тем более с родными, лихо отплясывающими вокруг ёлки «Хоп, эрорина, хоп-хоп!».

     А сейчас я вернулась с лыжной прогулки. Решила осмотреться, нащупать, какой он новый 2017 год. Утреннее солнце стыдливо румянило тихий парк. Деловитый дятел и глазом не моргнул при моем приближении — потрошил сосну или березу, или осину (в розовой рассветной дымке 1 января и не разберешь) с удвоенным рвением. Видимо, признал меня за свою. В парке кроме меня, болтливых сорок, невидимых мышек, наверное, редких белок и дятла, я обнаружила ещё двух рефлексирующих и релаксирующих лыжников. На их небритых физиономиях светилось спокойное новогоднее счастье. Подумала: «Это я отражаюсь в них. Или они во мне». И было мне при этом очень хорошо!

Первый день Нового Года пустынен и тих
Первый день Нового Года пустынен и тих

С новым Годом, друзья!

Делайте себе хорошо!

Жить! Жить! Жить!

     Канун Нового Года щедр на истории, сценки, встречи, просто наблюдения. Окунутые в праздничную суету люди в спешке, порой, забывают натянуть одну из своих масок и выглядят более настоящими в своих внезапных сокровенных проявлениях.

Канун Нового Года
Канун Нового Года бодрит, веселит и радует 🙂

     Позавчера со мной в лифте ехал мужик в ореоле спиртовых паров. Мужик, холеный и здоровый как былинный богатырь, прижимал к животу вытянутый прямоугольник картины в золоченой раме. Долларовые стопочки одна на другую плотнехонько заполняли картину до самого верха, а над ними втиснута надпись «My first billion» (Мой первый миллиард).

Мой первый миллиард
Мой первый миллиард

     В лифте я обычно еду с первого по девятнадцатый или наоборот – целую жизнь можно прожить, а уж завести знакомство можно многократно. Чем я, писатель-любитель, пользуюсь: рассматриваю людей, разговариваю, выуживаю из будней сюжеты и персонажи особых историй. Не устояла и в этот раз. «Какой вы куш отхватили!» — произнесла я, указав на картину.

     «Да, — хмыкнул мужик, багровея от удовольствия щеками пуще прежнего. — Повешу на стену и буду медитировать».

     «Я пару дней назад Деда Мороза видела, он сказал, что всё у всех сбудется. Желаю материализовать ваш первый миллиард. С наступающим Новым Годом!» — поснегурила-поволшебила я.

Картина маслом: Дед Мороз и Снегурочка
Картина маслом: Дед Мороз и ваша Снегурочка

     «Спасибо! Вас тоже. Пусть этот поганый год поскорее заканчивается!» — произнес будущий хозяин будущего миллиарда.

     «Что?!» — я мысленно возмутилась от подобной несправедливости — «поганый год». Как это про всех нас, простых смертных! Завязнув жеваной магнитофонной лентой в серости и безликости будних дней, в делах, у которых нет концов и начал, мы амнезируем в отношении прекрасности и радости жизни, но охотно поддаемся бытовому привычному «пессимизму» — «Всё плохо-плохо-плохо!».

     Махровая оптимистка и радостеискательница внутри меня подбоченилась, воинственно выставила ножку вперед и… В такие моменты, из-под обманчивого елея улыбки, я мастерски фехтую колкими словами, ловко делаю выпады и туше:

     — Вы вышли после семи лет тюремного заключения? И лес валили под вой голодных волков?

Вы лес валили под вой голодных волков?
Вы лес валили под вой голодных волков?

     «Не-е-ет», — протянул мужик, удивленно примериваясь к перемене сценария.

     «Вы — сирота казанский и некому вас такого добротного и вширь, и ввысь обнять и приласкать?» – ласково, но с язвительной горчинкой интересовалась я.

     «Есть», – «миллиардер» тревожно сглотнул набежавшую слюну.

     «Вы обедали и завтракали корочкой хлеба, а на ужин у вас вареная подметка?» – разъяренная оптимистка во мне «отбилась от рук» и шла «ва-банк».

     «Хорошо я завтракал и обедал! Сытно!» – мужик начал понемногу приходить в себя. Но и я не сдавала уходящий год, отстаивала бедолагу с «лишним» 366-м днём в родословной:

     — По виду вы не сирый и убогий, а очень даже наоборот, хорошо одетый мужчина в дорогих ботинках — приятно посмотреть. С потенциальным миллиардом подмышкой. И «амбре» от Вас отнюдь не «Казёнки», а какого-нибудь «Джек Дэниэлс» или «Рэд Лэйбл», так почему же вы уходящий год «поганым» называете?

    Холеный «миллиардер» окончательно вышел из состояния словесного нокаута и задумчиво-философски разглядывал меня, а на самом деле себя изнутри: «А ведь вы правы! Год был високосным. Не все в нем шло, как надо. В бизнесе случались провальные моменты. Но хорошего-то было завались!» — и уставился теперь уже в пространство, очевидно, перебирая в памяти то самое хорошее, которое мы часто «забываем» вспомнить.

     Мы давно доехали, вышли из лифта и я собиралась удалиться, но мой спутник с 19-го по 1-й остановил меня:

     — Вы умная! И красивая! Точно мы с Серёгой сейчас выпивали коньяк, а не бормотуху. И это, тоже, повод для радости. Спасибо вам, девушка! С наступающим!

А я спешу поздравить вас, друзья, с наступающим Новым Годом!

И напомнить, что встречая новый, не забывайте перебрать в памяти моменты уходящего года и достойно проводить его, потому что, я уверена, он был неповторимой увесистой частью вашей Жизни.

     Мои пожелания так и просят быть высказанными:

     Желаю вам слушать свое живое правдивое сердце, а не сводки тревожных новостей по ТВ! Потому что сердце никогда не обманет и приведет туда, где вам нужно быть.

     Желаю вам за «просто такими днями» видеть подарки, которые ежедневно, ежечасно, ежеминутно преподносит нам щедрая Жизнь!

     Желаю вам ощущать Любовь не только в области груди, но от пяток до макушки, отсюда до Луны/Марса/Венеры/Солнца/чего-угодно и обратно! И дарить Её, не скупясь.

Какое счастье - просто жить! (рис. Виктории Кирдий)
Какое счастье — просто жить! (рис. Виктории Кирдий)

     Желаю вам не упускать призрачную красоту настоящего момента, а значит просто Жить! Жить! Жить!

С Новым Прекрасным Щедрым Годом!
С Новым Прекрасным Щедрым Годом!

С наступающим Новым Прекрасным Щедрым Годом!

Новогодняя Кузинатра, или Как приручить чудеса

Рождество похожее на волшебство :)
Рождество похожее на волшебство 🙂

     — Вот бы однажды съездить куда-нибудь туда, где рождество похоже на сказку и волшебство. Чтобы милые гирлянды и пряничные домики, и Санта Клаус застрял толстой попой в трубе. И чудеса случались. И я бы бежала в красивом длинном платье по снегу в объятия Того Самого Мужчины. Да, я даже в трусах могла бы пробежаться, как Бриджит Джонс. Я была бы счастлива! Я бы напиталась этим духом Рождества от макушки до пяток. – Мечтательно вздыхала одна моя знакомая.

Э-эх! Я бы бежала к нему даже в трусах!
Э-эх! Я бы бежала к нему даже в трусах!

     К сожалению, туров в голливудские фильмы пока не придумали. И небрежно встрепанные листки на омеловом венке на самом деле тщательно поправлены реквизитором и завьюжены балончиковым псведо-снегом.

Омеловый венок, «завьюженный» умелой рукой

     И бархатные штаны без единой морщинки на упитанном «филее» Санты два часа отглаживала костюмер, мысленно упражняясь в сквернословии по поводу 60-го размера Мистера Клауса.

Бархатные кальсоны Санта Клауса утюжила костюмер
Это же сколько костюмеру гладить пришлось?!

     И главная героиня после первого поцелуя под елкой, нашедшая свое счастье в теплых и мужественных объятиях главного героя — вздорная актриса с полным алис-капутом в реальной личной жизни. А режиссер – молодец, собрал в кучу бутафорию, позанавесил мишурой, подоткнул с боков пластиковым снегом, вдохновил актрису, шепнув на ушко полукомплимент-полускабрезность и поставил кадр так, что просто сказка. Нет, вот так с придыханием и мечтательностью во взоре: «Ска-а-азка!».

... или на худой конец давно известная сказка.
… или на худой конец всем давно известная ска-а-азка.

     Сказку рушу? Рушу не сказку, а «потемкинские деревни» иллюзий. Как сильна в нас старорусская привычка заглядывать в поисках рождества/счастья/смысла/радости/любви/красоты/кузинатры в тридевятые царства-тридесятые государства, за моря-окияны, острова Буяны. А Кузинатра и иже с ней – всегда под боком.

     Умничаю? Умничаю. Но архимедово-доказательно. Пожалуйста — рецепт из трех ингредиентов. Добавлять по вкусу, подмешивать личные приворотные зелья разрешается.

     Во-первых, Кузинатра, рождественский дух, волшебство не придут сами, не постучатся в дверь: «Здрасьте, мы пришли. Впусти, что-ли, или на пороге будешь маять?». Они ждут позволения. Моего, вашего. По-моему, нужно просто позволить себе ощущать волшебство и свершаться чудесам. Позволить не в голове, где галопируют, водят хороводы и прокручивают нижний с верхним брейк и танго впридачу мириады электрических импульсов-мыслей. А на два пальца под сердцем, три выше пупка и вглубь на два вдоха (самолично проверила!). Вот откуда позволение незримо протелеграфирует-скомандует миру: «Чудо, приходи! И табор пестрых ромалэ не забудь!».

Порой чудеса приходят посмотреть на людей. (Иллюстрация Светланы Юрченко)
Порой чудеса приходят посмотреть на людей. (Иллюстрация Светланы Юрченко)

     Во-вторых, чтобы рождественский дух кружил голову, чудеса свершались, сказка сказывалась, нужно в них верить. «Чудеса, я в вас не верю. Вы вначале произойдите, а потом я уже в вас поверю». Не-а, не пойдет! Я занудливо повторюсь в стописяттысячный раз, но каждому воздается по вере его. Поэтому распахиваем порывом веры (какой каламбур!) створки души нараспашку. Ещё не вспорхнули на подоконник синицы чудес? Непременно вспорхнут 🙂

"Мы уже вспорхнули". Подпись - "Чудеса".
«Мы уже вспорхнули». Подпись — «Чудеса».

     А в третьих, просто необходимо хотя бы раз в год сбросить с себя лягушачьи шкурки «я-Маша-крутой-менеджер» и стать самому волшебогенератором и чародеем – «Вижу цель. Верю в себя. Препятствий не замечаю». Чур, новомодные «шедевры» отечественного кинематографа в качестве конспекта по сотворению новогодних чудес не употреблять! У некоторых может печень не выдержать или какая другая телесная запчасть.

Самое время сбросить "лягушачью шкурку" (картина В.М. Васнецова)
Самое время сбросить «лягушачью шкурку» (картина В.М. Васнецова)

     Как вам такой вариант: творить волшебство и чудеса своими руками-ногами-тем-на-что-фантазии-хватит? Кто-то виртуозно опутывает серебряной гирляндой офисный фикус. Кто-то басит точь-в-точь как Дед Мороз. Кто-то сочиняет поздравительные меткие двустишия, что после родные и близкие потеют от восторга кто лысиной, кто спиной, кто ладонями. Ваш выход, друзья! Предновогодние дни — самое время чтобы побздынькать палочкой, как Гарри Поттер, или полетать на метле, как Баба Яга, а попросту поведать миру о творческой составляющей своей личности. «Поделись улыбкою своей, и она к тебе не раз ещё вернется».

     Здесь дабы остатки скепсиса на лицах перелистнуть на улыбки я, пожалуй, закончу предновогодние «бу-бу-бу» и бздынькну (хотя, это не мой жанр), пожонглирую словами и образами реальной истории. Режиссер – сама Жизнь. А я, я буду голосом за кадром. Внимание, мотор!

     Я верила и верю в Деда Мороза. Сама я уже почти десяток лет «И.О. Деда Мороза». Без зазрения совести распечатываю конверт с милыми сыновними кривульками-буковками «Деду Морозу! Горад Великий Устюг» и строчкой ниже «И Снегурочки тожа». Прячу до поры до времени в красном мешке плательном шкафу подарки. Поддерживаю веру сына в волшебство, приглашая «Зам. И.О. Деда Мороза» в ватной бороде на резинке, со Снегурочкой в мишурной скрипящей короне и румянцем «марфушенька-душенька» от затылка до подбородка.

     Всё равно во всей этой папьемашово-ватной вакханалии в позолоте я верю, что однажды Он, настоящий с заиненной бородищей в пояс, придет и скажет: «Внучка, ты в этом году была хорошей дев…, или как там у вас говорят — просто огонь. Вот тебе…». И тут я счастливо закатываю глаза под припыленную потолочную люстру.

Дед Мороз и Снегурочка
Дед Мороз пришел! Посохом постукивал, шутками-прибаутками сыпал!

     Несколько лет назад пришел! Загорланил песню аж за квартал. Посохом постукивал, шутками-прибаутками сыпал. Все соседи из квартир повыглядывали, счастливо улыбаясь. Вошел, дохнул морозным трезвым духом. Борода искрилась, мешок подарками пузырился. Снегурочка сапожками расписными затопотала, хороводы захороводила. Сын глаза распахнул, Деда Мороза облапил за коленки, Снегурочкиной косе комплимент отвесил — верит.

     Как же я люблю такие моменты, когда детская вера и ожидание чуда поворачивают закостенелое в обыденности бытие вспять. Ясное сияние искренних глаз, детское доверие к миру подхватывает и меня, взрослую и умудренную, и несет по ту сторону телеэкрана, где зайцы проявляют недюженную сообразительность в праздничных хлопотах, волки задумывают безуспешные каверзы и снеговик, почесывая морковный нос, спасает заплутавший Новый Год.

Назад в детство.
Назад в детство

     В тот раз и я хороводы водила, загадки отгадывала, хохотала во весь рот – верила. Вот уже Мороз Иванович в мешок руку запустил, достал Ярославу коробищу в красном банте, а я аж подпрыгивала от нетерпения «Сейчас и мне достанет!». Достал – петушок на палочке. И волшебство стало понемногу развеиваться, почти беззвучно лопаться шампанскими пузырьками. Я ещё улыбалась, а рука уже прозаически полезла в карман за припасенными купюрами. Снегурка шулерски перехватила сотенные и умяла в рукавицу.

     Сын сбегал на кухню зачерпнул из вазона конфет-мандаринов, сунул в Дед-морозову лапищу: «Дедушка, ты сейчас много работаешь. Подкрепись». Дед Мороз ошалел, чуть не прослезился – сам начал верить. Здесь бы и закончить историю, но где же волшебство и чудеса?

Дед Мороз с подарками
Дед Мороз сам начал верить

     А вот они. На следующий день зазвонил мобильный – совершенно незнакомый номер.

— Внученька, здравствуй, милая, это я Дедушка Мороз! – Радостно-басовито сообщила трубка.

— Здравствуй, дедушка! – Подхватила я, думая: «Шутит кто-то».

— Я хотел бы тебя, да моего внучка Ярослава навестить, да поздравить! Я сейчас мимо буду на санях проезжать, загляну к вам, если ты не против. – Дед Мороз был полон решимости.

     Вот это да! То ли сбой пространственно-временной произошел, то ли Мороза Ивановича склероз настиг. Я попыталась голос из телефона привести к общему знаменателю с действительностью:

— Дедушка, ты, наверное, запамятовал с таким напряженным графиком, но ты к нам вчера уже приходил.

     Дед Мороз не сдавался:

— А и впрямь забыл-заработался. Но, ничего! Всё равно мимо еду, заскочу. Аль вы мне не рады будете?!

— Рады, Дедушка, рады! – Развеселилась я.

Али вы мне не рады?!
Али вы мне не рады?!

     И через полчаса опять загорланил песню за квартал. Посохом постукивал, шутками-прибаутками сыпал. Все соседи, счастливо улыбаясь, повыглядывали. Вошел, дохнул морозным трезвым духом. Борода искрилась, мешок подарками пузырился. Снегурочка сапожками расписными затопотала, хороводы захороводила. Сын глаза распахнул, Деда Мороза облапил за коленки, Снегурочкиной косе комплимент отвесил — по-прежнему верит.

     А я хохотала, уняться не могла – ну, точно, пространственно-временной континуум, замешанный на сказке. И вновь Дед Мороз занырнул в мешок и коробищу с подарком в перевязи золотого банта достал, Ярославу вручил. И опять аж подпрыгивала: мне уже и так радостно было, что и подарков не нужно. А Дедушка прищурился лукаво, улыбка в бородище сияет: «Ну, что внученька, ты была хорошей девочкой, или, как это у вас говорят — огонь-девицей. Получай и ты подарок». И из красного бездонного мешка достал бутылку шампанского. Я счастьем засияла, бутылку к животу прижала – верю! А Дед продолжил: «Шампанское – волшебное. Употребляй, но в меру. А всё остальное к напитку пенному в жизни-то постепенно приложится!». И Снегурочка ласково так посмотрела, денег не взяла. Тут уже и я облапила Деда Мороза за упитанную талию и мандаринов в карман сунула и зашептала в ухо: «Верю тебе, Дедушка, верю! Спасибо тебе!».

tmb_6526_3202

     И знаете, не обманул Дедушка. Всё постепенно прикладывается туда, куда надо 🙂

Друзья, с наступающими Новым Годом и Рождеством!

Дед Мороз на санях мчится, все хорошее случится :) Непременно :)
Дед Мороз на санях мчится, все хорошее случится 🙂 Непременно 🙂

Звэтлана, я люблю тебя!

     Моя преподавательница итальянского языка, замечательная, мудрая Анна Михайловна, пару дней назад посоветовала, прежде, писать текст, а затем выуживать из него, как вишню из компота, заголовок. Так будет правильнее и легче.

     Очевидно, я из тех героев, которые всегда идут в обход, не ищут легких путей и прочее-прочее. У меня даже с заголовками случаются романы наоборот. Бывает, что фраза, пролежав на «полках» памяти годы, вдруг всплывет на поверхность сознания и приходится к месту и ко времени, как это было с «Земля, море, небо любят тебя бесконечно». Или вдруг услышу обрывок стороннего разговора, и он белым голубем бьется-бьется в мыслях до тех пор, пока не выпускаю его на волю — «Я не бла-а-андинка, я — Блондинка» — присовокупив стайку пестрых слов.  А иногда в голове уже сложилось эссе, обрядилось в парадный белый верх, черный низ: завязку, развитие сюжета, кульминацию, развязку-эпилог, но не хватает той дирижерской палочки из нескольких слов, которая объединит и заставит стройно заиграть весь  «оркестр» из слов, предложений, абзацев. А заголовок – простая, но ёмкая фраза — маячит на периферии сознания, играет в прятки «Э-эй, заметь меня, выуди на авансцену». Когда мне удается это сделать, я сама, порой, аплодирую маэстро-заголовку, даже если он слегка хулиганист, например, как «Римские «достоинства».

"Каждый день я люблю тебя всё больше".
Рим. Остров Тиберина. «Я люблю тебя».

     И в этот раз сначала была фраза «Светлана, я люблю тебя!». Вернее, вот так, по-итальянски «Svetlana, ti voglio bene». Она засияла лампочкой и окрасила мрачный присыпанный снегом день.

     И у меня, титулованной «Мисс оригинальность» с двумя дипломами в подтверждение, рассказ вылупляется-проклевывается из заголовка, как пышные соцветия из одного бутона. «Светлана, я люблю тебя!» — так каждый раз всем видом показывает мне, шепчет плеском Тибр или говорит по-итальянски чьим-то вполне реальным голосом взаимно любимый Рим. Я вновь отправлюсь  гулять по его улицам, набережным, площадям, подворотням (в них все самое интересное) через пару дней. А пока перебираю в памяти наши встречи и расставания, приключения и открытия, приятные моменты.

Набережная Тибра. Приятные римские моменты.
Набережная Тибра. Приятные римские моменты.

     Пять лет назад в мой первый визит Рим одарил меня знакомством с Роберто. Роберто – официант, камерьере в ресторане «Zio Ciro» недалеко от Piazza Navona. Положа руку на сердце, ресторанчик – так себе, рассчитанный на непритязательных туристов. Но я довольно часто наведывалась в него из-за тёплого приема. Роберто и интернациональная Ко встречали меня каждый раз словно любимую сестру вавилонских кровей. С объятьями, сердечными расспросами «Как дела?» и, конечно, хлебом-солью на итальянский лад. «Пасту не бери, — шептал мне Роберто, — сегодня на кухне Муса готовит. Он и паста – две вещи несовместимые. Возьми пиццу. Козимо тебе испечет большую и вкусную». И Козимо пек большую и вкусную, как пожелает «красавица Звэтлана» с горгонзолой или «сыра и грибов побольше». А к пицце домашнее вино. А затем комплименты от команды: лимончелло, и вполне себе тирамису с чашечкой густого кофе. Пару раз я попадала на обеды-вечеринки в компании космополитичного ресторанного персонала, её пижонистого управляющего и взлохмаченного шефа неясной национальности. Ресторан бывал закрыт, но стоило мне пройти мимо окон-витрин, как распахивалась дверь и из-за спины меня звал Роберто: «Звэтлана, пойдем к нам».

Алкогольный "комплимент"
Алкогольный «комплимент»

     Сейчас, спустя годы, я отчетливо увидела, что Роберто симпатизировал «красавице Звэтлане», мне. Но тогда, увлеченная Римом, я улавливала лишь дружеское расположение.

     Последний раз мы с Роберто виделись далекие четыре года назад. Римские улицы были ветрянково густо обсыпаны красными, розовыми, серебристыми, червонно-золотыми сердцами. Витрины магазинов настойчиво напоминали «Love is…» и «L’amore e’…» и любить нужно кого-то обязательно и по-итальянски взасос, а лучше, нацепив вот это супер-лифчик, в котором прелести лезут на уши или труселя с алым кроветворным органом на фасаде и попе. По набережным и площадям там и тут нацеловывались парочки юного, среднего и пенсионного возраста. Вся эта романтическая вакханалия объяснялась просто – День Святого Валентина.

Розово-любовный дух и ми-ми-мишности
Розово-любовный дух и ми-ми-мишности

     Я напитывалась розово-любовным духом и витринными ми-ми-мишностями. Была весела, бродила вдоль Тибра, к Ватикану, по узким улочкам Трастевере. Ела мороженое, глазела по сторонам. Даже обняла и поцеловала одного итальянца на Площади Святого Петра (Piazza di San Pietro). Мне кажется, этот низкорослый кургузый, но стильный, присыпанный конфетти, снежный синьор, был рад сердечному поцелую russa bionda.

Снежный "синьор"
Снежный «синьор»

     А к вечеру в мои компаньонки попросилась грусть. Она тенью шла за мной по бесконечным via, viale и lungaretta, не поддавалась на подкупы катанием на каруселях, лимонно-грушевым мороженым и тремя бокалами просекко, и тихонько нашептывала: «А тебе некого держать за руку. И трусы в глупых сердечках тебе ни к чему. И на набережной тебя никто не поцелует». В конце концов, я сдалась: «Здравствуй, грусть! Какая же ты стерва!».

Грусть не "покупалась" на увеселительные мероприятия...
Грусть не «покупалась» на увеселительные мероприятия…
... и на сладости тоже
… и на сладости тоже

     Понурая, плутала-плутала среди влюбленных, и ноги сами привели меня к освещенной изнутри стеклянной двустворчатой двери того самого ресторанчика. Не дверь — а голливудская сверкающая улыбка. Вошла внутрь и тут же услышала «Звэтла-ана, чао! А мы тебя ждем!». И это было не красное словцо или шутка. Меня и впрямь ждали и, несомненно, больше всех Роберто. Он вручил мне плюшевое сердце винного цвета. Сердце выскакивало из коробочки, безумно хохотало и скрипуче признавалось «I love you». Меня расцеловали в обе щеки и усадили у окна с романтическим кино снаружи «Однажды в Риме». Тут же был намешан, взболтан жизнерадостный оранжевый шприц, а вслед за ним под громкие аплодисменты и улюлюканье последовала румяная по краям, красно-помидорная в сердцевине, с белыми нарядными горохами подтаявшей моцареллы пицца «Маргарита» в форме сердца.

Пицца-сердце
Сердечная «Маргарита»

     «Светлана, я люблю тебя!» — шепнул кто-то рядом. Может быть, ослышалась? Улыбнулась, подмигнула Роберто и сочла, что это сам Вечный Город мне признался в любви. И это вам не мимолетность в воздушном шарике сердечком, это навсегда. Вечер был чудесен, полон шуток, смеха, вина. Роберто робел. А я, счастливая, не замечала этого.

     Однажды, вернувшись в Рим, я обнаружила, что Роберто исчез. «Уехал работать на север», .  В ресторане мне по-прежнему были рады, душевно встречали. Но отсутствие Роберто словно чай без конфеты: крепко, душисто, но радости не хватает. Я немного погрустила. Затем решила, что такова жизнь и стала обходить ресторан стороной. Рим открыл мне двери других заветных мест и одарил иной дружбой. Иногда мне хотелось заглянуть в тот самый ресторан, поздороваться с пижонистым менеджером, улыбнуться Козимо, спросить: «Привет, ребята! Вы меня помните?», но радостное и конкретное настоящее всегда пересиливало затуманившееся прошлое.

Мои ботинки-талисманы
Мои ботинки-талисманы

     Прошло четыре года. Я бодро вышагивала красными ботинками по февральскому, но солнечному Риму в сторону Тибра. Подгоняемая чувством голода, я все прибавляла и прибавляла шаг. Моей целью была пиццерия на том берегу реки. Чтобы срезать путь, запетляла проулками.

Римские проулки
Римские проулки

     Вдали в узком горлышке одного из переулков блеснула на солнце знакомая дверь – голливудская улыбка. Я улыбнулась миражу из прошлого и припустила дальше. Как вдруг каменные стены домов забросали меня эхо восторженного крика «Звэтла-а-ана, -на, -на, -на, сэй ту?! Ту?! Ту?!». Светлана, это ты? Спустя четыре года, это вновь был Роберто, который вновь работал на прежнем месте. Он случайно вышел подышать воздухом, краем глаза увидел красные ботинки и блондинистые кудри по ветру, и моментально опознал меня: «Звэтлана, это ты! Как же я рад видеть тебя! Ты стала ещё красивее! Пойдем, я накормлю тебя. Откуда знаю? Да, по глазам вижу, что ты голодная». И как всегда были пару бокалов просекко, а потом пицца, а потом «крема каталана» и в конце «Обижаешь, плачУ я! Я тебя угощаю». А потом верный паж под мои счастливые повизгивания «Ура!!! Йо-хо-хо! Рим, я люблю тебя!» устроил мне мото-прогулку по Вечному в вечерних огнях городу.

Вечный в вечерних огнях город
Вечный в вечерних огнях Город

     На мосту Ponte Sisto томно играла гитара. Ей подпевал-подшептывал мужской голос и Тибр, вечный романтик. Мы сидели на ступенях крохотной пьяцца. Рядом журчал фонтан. Чуть поодаль гудел неугомонный Рим. «Я женился, — сказал Роберто. — Но все эти годы я тебя помнил. Я знал, что однажды ты вернешься». «Я тоже счастлива тебя видеть», — улыбнулась в ответ и пожала озябшей ладошкой его теплую пятерню.

     «Ti voglio bene», — сказал Роберто. Я люблю тебя. Это робкое «ти вольо бенэ» в дословном переводе на русский звучит «я хочу тебе хорошо». А на деле является прелюдией, первым аккордом к страстному всепоглощающему «ti amo» — «я люблю тебя». Но широкая русская душа никогда не разменивается на мелочи. В такой серьезной теме, как Любовь, вариаций и тональностей нет, и «люблю» значит лишь одно – «люблю». Об этом я и сообщила моему визави. Рядом остановился чернокожий здоровяк. «И я хочу тебе хорошо, — сказал он, глядя на нас. — Купи браслет». Мой спутник молча подал два евро и сосредоточенно завязал тонкую тесьму на моем запястье – per fortuna, на счастье. «Когда-то мечтал сказать тебе «ти амо», но жизнь она все расставила по местам. Я счастлив, что ты здесь. Я счастлив, что ты сейчас в эти минуты рядом со мной. Это прекрасный подарок в канун Дня Святого Валентина. Я люблю тебя», — повторил Роберто.

Всё меняется, но я тебя люблю. Ti amo!
«Всё меняется, но я тебя люблю. Ti amo!». Подпись — Рим.

     «Я люблю тебя!» — шуршал Тибр. «Я люблю тебя!» — наигрывали и подпевали на мосту. «Я люблю тебя!» — рокотали автомобили.

     Я улыбалась: «И я люблю тебя, Рим!».

О чём я говорю, когда говорю о беге… на лыжах

     В моем случае, слово «бег» — очень условно. Конечно, иногда поддавшись настроению, я, несусь стрелой по лыжне, взрываю палками снежные облачка, розовею щеками, потею спиной. Но чаще всего я предаюсь созерцательному ротозейству по сторонам в поисках прекрасного и удивительного. Столь увлекательное занятие не терпит спешки и суеты, поэтому на лыжах я все-таки хожу и, порой, бегаю.

Хожу на лыжах чаще, чем бегаю. А иногда лежу на лыжах :)
Хожу на лыжах чаще, чем бегаю. А иногда лежу на лыжах 🙂

     А началось все не вчера, не год назад, а три десятка лет назад, когда я была стриженой под горшок белобрысой любопытной девчонкой. В ту пору на лыжах бегал мой могучий дед. Бегал в прямом смысле слова. Сначала 10-15 километров, наперекор морозу или оттепели, вдох -скольжение, выдох — скольжение. А потом трусцой с лыжами наперевес от парка до дома 1,5 км удирал от покусывающего спину мороза.

Зовут туриста лыжные места
Зовут туриста лыжные места

Прибежав, дед большим клетчатым платком промокал красную глянцевую лысину, умывался, переодевался. И тут же ставил в лыжной прогулке важную точку-ритуал – пил чай. Чаепитие как завершающий гитарный аккорд в задушевной песне, после которого дед блаженно замирал на своем диване, очевидно внимая себе и Вселенной. Но прежде — «чай не пил, какая сила?».

     Бабуля наливала большую кружку чая с хохолком пара. Дед подслащивал её несколькими ложками «с горкой» бабушкиного же варенья и закусывал бабушкиными пирожками с капустой. Покряхтывал, поблескивал макушкой, прихлебывал чай – оттаивал. «Дедушка, а как там в парке?» — спрашивала я, сидя напротив и грызя пирожок. «Хорошо, унучка», — чеканил немногословный дед. А фантазерка-бабуля подхватывала: «Светка, там как в сказке «Морозко». Бежит дед по лыжне, а навстречу ему…». «Мороз Иванович!» — подсказывала я, чуть не поперхнувшись пирожком. «Нет, навстречу ему медведь. И говорит человечьим голосом: «Чего тебе надобно, Никола, в моем лесу?». А дед наш штаны подтянул, очки протер, сопли в платок высморкал и…». Я замирала детским сердечком, таращила глаза, удивлялась, ну откуда медведь знает, что деда «Николой» зовут? Точно медведь сказочный! А бабуля, подстегиваемая воображением, продолжала: «…И дед отвечает косолапому: «Медведь, лыжню я проложил, значит, это моя территория. Для пущего понимания могу пописать на неё. На, вот сухарик погрызи, завалялся в кармане. И иди в свою берлогу, лапу соси! Тебе положено. А то я тебя, ух!». Бабуля, изображая деда, задорно притопывала ногой. Дед довольно усмехался – роль героя, победителя медведей, была ему по душе.

А там его встречает Мороз Иванович!
А там деда встречает Мороз Иванович!

     В бабушкиных рассказах дед много раз встречался и со Снежной Королевой, и с говорящим зверьем, и с избушкой на курьих ножках, и с шайкой разбойников. Всех конечно, одолел, победил. А мне всё больше хотелось очутиться в волшебной сказке – в парке на лыжах. И в 4 с половиной года я поставила вопрос ребром – лыжи мне были нужны пуще куклы Маши с «настоящими» глазами. Для большей убедительности поревела в три ручья. И, наконец, в тот Новый Год сбылось. Дед Мороз, скользя по верхушкам голых тополей, закинул вожделенный подарок нам на балкон. Пара лыж с путаной сбруей завязок сверху. Завязками прикручивались к лыжам валенки, а в валенках — я.

     У деда и папы появилась новая обязанность — тренировать меня. А если точнее, то выуживать за шиворот из сугробов. Утирать снеговую физиономию. В случае обидных неудач и критических моментов гладить по цигейковой утепленной макушке и говорить: «Дочка/унучка, ты – молодец! Целых пять метров проехала самостоятельно!». А позже: «Не части! На два скольжения — вдох, на два — выдох. И смотри себе по сторонам».

И вот она сказка!
К Морозко!

     С тех пор каждую зиму отправляюсь «к Морозко». Скольжу и смотрю по сторонам. «Шух-шух» – обновляю присыпанную снегом лыжню. Вдох — на два скольжения, выдох — на два. «Шух-шух» — заботы и тревоги словно ластиком стираются из головы. Впитываю взглядом белизну вокруг, наполняюсь ей, успокаиваюсь и обновляюсь.

     Коллективному спортивному азарту предпочитаю безлюдные лыжни с тихим шорохом в коклюшечном кружеве березовых ветвей — сказка.

Коклюшечное кружево березовых ветвей
Коклюшечное кружево березовых ветвей

     То, что летом были полевыми беспризорниками – полынью, борщевиком, ковылем – зимой преобразились из замарашек в прекрасные драгоценности. Шарики полыни, инкрустированные сверкающими крупицами инея, метят в диадему Снежной Королевы. Кажется, я только что нечаянно пнула источник вдохновения Bulgari, Tiffani и иже с ними.

     Снежинки в недвижимом воздухе струятся адажио маленькими небесными маннами, подчиняясь великому дирижеру – Природе. Вот он тот самый момент, когда я с миром один на один, когда я с ним, безграничным и прекрасным, едина. Когда, уцепившись взглядом за легковесную снежинку (или это она пристально рассматривает меня?) остро проживаю здесь и сейчас.

Снежинка, мы с тобой одной земли дети.
Легковесная снежинка

     Ворона прошила пунктиром черных крыльев серо-жемчужное небо. В клюве ворона держала… круглую румяную булку. «Выборгская» или «Домашняя» в сахарной посыпке?» — пронеслось в моей голове. Я зычно эге-гейнула в кусты — шепотами отозвалась лишь тишина.

Ворона пролетела с булкой в клюве
Ворона пролетела с булкой в клюве

     Мысли о вороньей булке не отступали. Высунула язык – опробовать снежинки на вкус. Снежинки мечтали о долгой жизни длиною в целую зиму, а не о быстрой кончине на моем теплом языке, поэтому ловко его обвальсировали-обходили. Я упорствовала. Крупная пушистая снежинка задумчиво пикировала прямиком мне в рот, я держала её взглядом, манила её. В этот момент из кустов вышел мужик в зипуне и меховых унтах и в тревожном недоумении уставился на меня с высунутым языком. Я зыркнула на мужика, потянулась языком к снежинке и поймала её. Посмаковала. «Вам плохо?» — спросил мужик. «Нет, мне вкусно», — улыбнулась я и побежала-заскользила прочь.

     У зимы своя приглушенная палитра на белых холстах полей и полянок. Листвяная хрусткая ржа на кустах. Червонное золото березовых листьев яркими хлопьями окрашивает лыжню. Замысловатые граффити черных ветвей. Яркие бусины ранеток. Палевой дымкой окутаны лиственницы-великанши.

Ранетки нанизаны на ветки :)
Ранетки нанизаны на ветки 🙂

     Пересекла широкую укатанную лыжню, не лыжню, а прямо-таки шоссе. В зеркальных очках – вжик – промчался «призрачный гонщик». В другую сторону проскочил чемпион с облепленной ярко-красными лосинами попой. Справа-слева люди ползли по белому снегу муравьиными цепочками.

Спортсмены шмыгали туда-сюда
Спортсмены шмыгали туда-сюда

     Я важно перевалилась через снеговой накат на обочине. Постояла в задумчивости – оглядела целину по ту сторону лыжного шоссе. Улучила момент, пересекла дорогу. Вскарабкалась на бугор, прицелилась между двух коряг, почти покатилась, но мужской голос придержал меня: «Вам не страшно одной в чащу?». Оглянулась: пан-спортсмен с дельфиньим лоснящимся торсом «в облипку».  «Нет, — ответила я, — не страшно. У меня солидный стаж блуждания по заснеженным чащам». «Кричите, если что», — напутствовал меня мужчина. «Угу!» и я скатилась в бурелом в объятиях снега. Совмещала полезное с приятным: прокладывала лыжню и оглядывала окрестности.

Мишка-а-а, ты здесь?
Мишка-а-а, ты здесь?

     Болотная кочка в космах сухой травы и сугробовой шапке похожа медвежью берлогу, вернее, на медвежонкину берлогу. На всякий случай позвала: «Медвежоно-о-ок, ты там?». Очевидно, он смотрел 77-й сон и не отозвался. Откликнулась сорока. Прострекотала что-то взволнованно, но неразборчиво.

Привет от белки
Привет от белки

     Я подобрала веточку с крохотной шишкой на боку — привет от белки. Пожевала подмороженную ягоду – пыльно-кисловато, но вкусно. Привалилась спиной к сосенке: о чем же я говорю, когда говорю о беге на лыжах? Кажется, я не оригинальна. По-моему, об этом ещё три тысячи лет назад говорили латиняне, предшественники римлян.

     Сarpe diem! Лови прекрасные мгновения и живи настоящим!

Живи прекрасным настоящим!
Живи прекрасным настоящим!

Привычка к зиме

Уральский хребет. Граница Европы и Азии.
Уральский хребет. Граница Европы и Азии.

     Я живу там, где Европа тесно прижимается к тёплому (а тёплому ли?) боку Азии. Или наоборот Азия волоокой красавицей льнёт к высокомерной Европе. Низкие макушки и покатые бока Уральских гор там и тут ершатся стелами, знаменующими тесные объятия двух континентов. Невидимая граница стекает по Уральскому хребту из Северного океана, петляет, заваливается то на один бок, то на другой, дергается неровной кардиограммой. Эти неровности повторяют или отражаются в  уральских ландшафтах от густых сумрачных лесов на горбах гор до плешиватых лесостепей в голубых отметинах озер. Вторит этому строптивица погода.

А вы думали? Вот он "пуп" Евразии! (г. Копейск Челябинской области)
А вы думали? Вот он «пуп» Евразии! (г. Копейск Челябинской области)

     Да, мы уральцы видали всякое. Вселенские потопы в миниатюре в густом оперении молний. Обильный снегопад на пороге мая. Ледяной дождь посредине золотой осени. Градовые россыпи в сердцевине лета. Разве что «за грудки» нас погода не встряхивала, землетрясения нас минуют. Тьфу-тьфу-тьфу! А к остальному мы считаемся привычными.

Мы привычные к взбрыкам природы
Мы привычные к взбрыкам погоды

— Ты из России, из Москвы? – спрашивают меня итальянцы, для многих из которых Россия теряется во мраке и лесах с медведями сразу за Москвой.

— Нет, я с Урала, там, где Европа встречается с Азией, — отвечаю я.

— Ого! Живешь в деревне? 

Медведь и я в радости от уха до уха :)
А медведи по нашим улицам, действительно, ходят 🙂

— Нет. В большом промышленном городе с населением почти в 1,5 миллиона человек.

— Какая у вас погода? — интересуются итальянцы.

— Зимой снег. Бывает по колено. Холодно, случается до – 30, — поясняю я.

— Вы зимой не выходите из дома? — итальянцы таращат в ужасе глаза.

— Почему же? Зимой у нас такая же обычная жизнь как и весь прочий год. Из дома выходим. Выбегаем на лыжах. Выезжаем на автомобилях. Правда, автомобили приходится иногда откапывать. Для этого я вожу с собой большую лопату, — просвещаю географически нерадивых собеседников.

— Ты, ты, лопатой? Дай, я пожму твою руку. Нет, лучше поцелую, — восклицают, как правило, пылкие визави.

Земля нарядилось в бальной платье дебютантки :)
Земля нарядилось в бальной платье дебютантки 🙂

     Раз из Европы в Азию и обратно всего один шаг, то, бывает, из осени в зиму природа шагает за одну ночь. Вчера снежинки стройно вальсировали под «софитами» желтых фонарей, и к утру вся земля нарядилась в белоснежное бальное платье дебютантки. Хороша! Синоптик из радио прозаическим голосом сообщил: «Толщина снежного покрова составила 7 см».

     Выхожу в хрустящий крахмальным день. Тут бы и заскакать бодрым зайцем-беляком по новорожденному снегу. Но осторожно  ступаю по «толщине снежного покрова». Снег хрустит надкушенным безе. «Бедные снежинки, — восклицает сын, — мы им все косточки переломали». Успокоительно вздыхаем: «Такая судьба!». Оглядываюсь. Природа замерла от внезапных перемен. Березы ссутулились и затихли. Рябины подрагивают, силясь сбросить снежные эполеты с хрупких плеч. Лишь ели стоят боярынями, кутаясь в сверкающие манто. Я себя чувствую скорее березой или рябиной. Я не одинока, люди вокруг не мимикрируют стремительно, облачаясь в шапки-шубы-валенки. То тут, то там мелькнет обнаженная по осенней моде щиколотка. Зарозовеет озябшее ухо. Сверкнет жемчужно-голубоватым продрогшая шея. И в глазах восторг «Зима, крестьянин торжествует!» чередуется с заботой-тревогой «А зимние сапоги/колготы/куртку я ещё не купил/а».

Чем не райские кущи?
Хрупкая рябина в снежных эполетах

     Нет у нас, людей, привычки к зиме «как снег на голову» (вышел каламбур 🙂 ), привычки к стремительным переменам. Поэтому, ошарашенные их внезапностью, в момент перехода мы вдруг становимся беззащитными с прихваченными морозцем ушами и сумятными мыслями «Где же спрятаны варежки с прошлой зимы?». Растерянными и задумчивыми, притихшими или взбудораженными, счастливыми или с грустинкой во взглядах, с нечаянной, непривычной, а потому кривоватой улыбкой, с нетвердой походкой («Скользко!») – мы вдруг становимся настоящими.

Назавтра варежки обязательно найдутся
Назавтра варежки обязательно найдутся

     Назавтра – «у природы нет плохой погоды» – найдутся варежки и тёплые колготы обтянут прекрасные колени. Морщина заляжет на привычном месте между бровей, и на работу выскакивать на 10 минут раньше, чтобы извлечь машину от сугробов. Но сегодня, пока мы привыкаем к зиме, мы просто живем. Здесь и сейчас.

Мы просто живем. Здесь и сейчас.
Мы просто живем. Здесь и сейчас.

Операция «Ночь», или В поисках смысла жизни

«С возрастом душа лезет на рожу».

(Подруга Полина в задушевной кухонной беседе).

С возрастом душа лезет наружу (худ. Инге Лоок)
С возрастом душа лезет наружу 🙂 (худ. Инге Лоок)

     Люблю ехать на автомобиле поздним вечером. Дороги расправляют свои натруженные асфальтированные спины, даже колдобины будто сглаживаются, опадают расслабленными мышцами. По полупустому шоссе вольготно ехать то вверх, то вниз, то вправо, то влево. Сомлевшие мысли в голове чуть шевелятся, из магнитолы хрипловато звучит саксофон. Шершавая прерывистая мелодия — тоска чьей-то небритой щеки по прикосновениям ласковых тонких пальцев. А вот и небритые щеки вкупе с мундирами в неоновых зеленых обертках сигнальных жилетов.

"Светляки" на обочинах
А вот и небритые щеки вкупе с мундирами

     В мое приспущенное окно из придорожных бурьянов:  «Сержант …ов. Ваши документы, пожалуйста». Я улыбнулась сержанту …ову: «Минуточку». Нырнула в сумочку за документами. Водительское удостоверение из портмоне предательски спикировало в преисподнюю салона авто. Я включила свет, схлынула под сиденье, оставив на обозрение «кверхупопом». Ощупала «преисподнюю», оглядела её как могла. Прав не было. Очевидно, их слизнули языки сумеречных теней под сиденье или куда-то дальше и глубже.

     «Вот свидетельство, вот страховка, а права где-то там в Кощеевом царстве», — весело обрисовала ситуацию товарищу сержанту. «Понятно. Выйдите из машины», — сурово скомандовал слуга закона, но руку по-джентельменски подал. И сам отправился в экспедицию за моими правами. Настал мой черед наблюдать его «кверхупопом». «Значит, Светлана Владимировна», — сдавленно протянул видимо застрявший под рулем сотрудник ГИБДД. «Да, — я обрадовалась. – Вас может быть потянуть как репку?». «Не надо», — кряхтя, вылез на божий свет дорогой, бесценный сержант … ов. «Дорогой, бесценный сержант …ов, я вам очень благодарна!» — защебетала я, забирая водительское удостоверение. «Светлана Владимировна, не улыбались бы так, задержал бы вас, — счАстливо сообщил мне в ответ «дорогой» и «бесценный». – Хорошей дороги! А документы лучше из портмоне не доставайте. Так показывайте». Сияя во весь рот, я покинула моего спасителя.

Сияя во весь рот
Сияя во весь рот…

     Саксофон сменился барабанными топотом и призывами на итальянском языке «Танцуй, детка, танцуй!». Я поддалась песенным уговорам и завертела в такт головой, замахала то одной рукой. А из придорожных бурьянов вновь поманили крупногабаритные «светлячки»: «Лейтенант …ин. Ваши документы, пожалуйста». На сей раз не права, а мой веселый смех покатился в темные кусты, кусты затрепыхались. «Товарищ …ин, пять минут назад меня уже останавливал ваш коллега. Я чуть не потеряла документы в машине. Позвольте, я покажу вам водительское удостоверение и свидетельство, не доставая из портмоне. А страховка не потеряется, её достану». Лейтенант ошалело посмотрел на мои «32» от уха до уха, краем глаза взглянул в права. Оттуда с фотографии краем глаза взглядывала на него я в ореоле светлых кудрей. На лице стража закона явственно проступило «Поня-я-ятно, блондинка!». И напутствием «Всего хорошего!» меня отправили восвояси.

Нравятся мне обходительные и заботливые товарищи сержанты, лейтенанты и просто мужчины
Нравятся мне обходительные и заботливые товарищи сержанты, лейтенанты и просто мужчины

     Спустя ещё четверть часа согласно сказочным приметам полосатая палочка в третий раз сделала меня своей избранницей. На сей раз в окошко приветливо заглядывало знакомое лицо —  «Светик, привет, дорогая!» — мой детсадовский сотоварищ, а позже одноклассник, ныне хороший приятель Леша, для прочих Алексей-Иваныч. Когда-то Леша под бодрое бряцанье расстроенного пианино на детсадовской зарядке маршировал передо мной, поддергивая на пузе парашюты великоватых шортов. Потом с 1-го по 3-ий класс списывал, сопя усердием в ухо, контрольные и диктанты. Последние 10 лет Алексей-Иваныч является для меня автомобилистки «спасателем малибу» и синхронным переводчиком с казенно-законного на эмоционально-блондинистый язык и обратно. Леша, несмотря на школьные «пятерки», заворачивающиеся в судорогах от обилия ошибок в «тройки», стал важным чином в ГИБДД. Что бы там не втолковывала нам наша Марь-Ванна, «пятерка» по русскому языку никоим образом не влияет на благосклонность судьбы и её повороты.

Какие "пятерки, Марь-Ванна? И так сойдет!"
Какие «пятерки», Марь-Ванна? И так сойдет!»

     Я выпорхнула из машины, радостно задробила каблучками вокруг давнего приятеля:

     — Леша, как я рада тебя видеть! Я сегодня пользуюсь популярностью у вашего брата. Ты уже третий, кто меня сегодня остановил.

     — Светик, у нас сегодня операция «Ночь», — важно и таинственно произнес Леша, в этот момент в нем проступил грозный Алексей-Иваныч.

Операция "Ночь"!
Операция «Ночь»!

     — Минимизируете последствия пятничных шабашей на лысой горе? — хохотнула я и поправила на голове стильный картуз.

     — Да, Светик, глядишь, кого-нибудь убережем от опрометчивых поступков и их неприятных последствий. Светик, а ты как солнце, улыбаешься с каждым разом всё лучезарнее, — Алексей-Иваныч тепло оглядывал меня со всех сторон.

     — Лешка, а ты все такой же спокойный и надежный как Эверест и Монблан, — парировала я.

     После неоригинальных, но искренних «как дела?», «как домашние?», постояли-помолчали, задумчиво разглядывая белолицую Луну — Мону Лизу с загадочной полуулыбкой.

     Внутри ворочалось странное ощущение-воспоминание. Из белобрысой голенастой стрекозы я превратилась в экстравагантную леди, стрекочущую по-итальянски. Но осталась, как и три десятка лет назад, все той же жизнерадостной, улыбающейся от уха до уха Светкой. Фантазеркой и баламуткой Светкой, которая сочиняла истории, верила в них сама и обращала в свою веру всю дворовую ребятню. Светкой, которая лучше всех пряталась в сорняковых зарослях, гоняла по колдобинам на велике и танцевала то матросское «яблочко», то снежинковые вальсы, лишь бы танцевать и желательно при этом солировать. Светкой, которая не любила фальшивого банта на коротко остриженной макушке да и прочих фальшивостей тоже.

Обойдемся без бантов :)
Обойдемся без бантов 🙂

     Алексей же из мальчишки в мешковатых шортах с репейниковой жесткой стрижкой на голове переродился в былинного богатыря с пудовыми кулаками и звездными погонами на мундире. Но спокойная уверенность в себе,  окружающей действительности и грядущих перспективах, галантность, забота и соучастие остались там же в Лехиной душе, не перечеркнулись косой саженью плеч.

Богатыря точно рисовали с Лехи. Пардон, с Алексей-Иваныча.
Богатыря точно рисовали с Лехи. Пардон, с Алексей-Иваныча 🙂

     — Леша, мы с тобой уже на 30 лет старше, но, по-моему, все те же. Мудростью приросли как дуб и береза древесными грибами, невзгодами пообтесались, опытом отлакировались. Но генеральная линия — все та же. Мы все ищем-ищем самих себя, как в том анекдоте — под фонарем, там где светло, а не там где потеряли. Там где потеряли – в самих себе: суетливо, непонятно, страшно, темно. А боятся, ведь, нечего, потому что самая темная ночь бывает перед рассветом. Лешка, желаю нам всем рассветов после операции «Ночь»! – произнесла я, пытаясь рассмотреть свое отражение в медном тазу луны.

     Леха уставился на меня, перекатывая в голове сложные мысли. И вдруг укрыл меня в вигваме своих могучих объятий и засмеялся:

     — Светик, ты чудо! Как техосмотр проходить — балбеска-балбеской, а мимоходом почти в полночь – умница. Ты мне смысл жизни в нескольких словах объяснила — надо помнить себя. Всегда.

... и помни себя.
… и помни себя.